|
17 Ноября 2011

С этими опытами, доказывающими, что перелетное состояние у птиц вызывают не погодные и пищевые факторы, очень часто путают опыты по выяснению третьей группы факторов — так называемых непосредственных стимулов к миграции.Те, кто смешивают эти две группы факторов, допускают серьезную логическую ошибку: они не отличают причину от повода. Непосредственные стимулы — это лишь повод к проявлению перелетного состояния,которое возникает под влиянием второй группы факторов. Есть много сообщений, начиная с работы немецкого орнитолога Шильдмахера, опубликованной в 1938 г., о том, что в конце зимы у некоторых птиц, в частности зарянок, потепление окружающего воздуха вызывает ночное перелетное беспокойство. Осенью тот же результат можно получить при содержании птиц на холоде. Еще раньше, в 1930 г., другой немецкий ученый, Вагнер, установил, что осенью обильное вечернее кормление прекращает ночное беспокойство у дроздов, а недостаток пищи усиливает его. Славки, типичные инстинктивные мигранты, не меняли своего поведения в подобных опытах.

Эти опыты неоднократно были повторены как в Европе, так и в Америке. Оказалось, что весной и осенью все погодные мигранты очень чувствительны к изменениям погоды и пищи. У многих из них начало перелетного беспокойства очень сильно оттягивается, если их содержат осенью в тепле и достатке пищи, а весной на холоде.
Но перелетное беспокойство — финал предмиграцион- ных изменений в организме. Сами же изменения и у погодных мигрантов не зависят от погоды и пищи. Погодные мигранты так же регулярно, как и инстинктивные, приходят в перелетное состояние. Разница между ними лишь в том, что первые, подготовившись к отлету, «ждут» соответствующих погодных условий, а вторые сразу начинают миграцию.


