Перемирие

Автор: Administrator | 01 Ноября 2011

Какой это поразительно сложный механизм - мозг! Выразительныедвижения обрубка Булли следовало бы истолковать так: "Милый хозяин,пожалуйста, не сердись, но, к моему большому сожалению, в даннуюминуту я совершенно не способен отпустить эту мерзкую тварь, дажеесли ты сочтешь нужным задать мне трепку или - боже упаси! - окатитьменя холодной водой". Но теперь Булли вилял не совсем так. А секундуспустя, когда, подчиняясь моей команде, он все-таки выбрался из-поддивана, Томас тоже вылетел оттуда, как пушечное ядро, прыгнул набульдога, вцепился одной лапой ему в шею, другую запустил в шерстьнад глазом и, немыслимым образом вывернув головенку, попыталсяукусить его за горло. На мгновение передо мной застыла удивительнопластичная группа, точно воспроизводившая известную картинузнаменитого художника-анималиста Вильгельма Кунерта, на которой левубивает буйвола этим же самым артистичным движением.

Булли немедленно подыграл Томасу, весьмаубедительно изобразив движения сраженного буйвола. Он тяжело упал нагрудь, подчиняясь рывку крохотных лапок, и перекатился на спину стаким убедительным предсмертным хрипом, какой способен испуститьтолько счастливый бульдог или издыхающий буйвол. Когда Булли надоелобыть жертвой, он перехватил инициативу, вскочил и стряхнул с себякотенка. Тот пустился наутек, но почти сразу же позволил себядогнать, перекувыркнувшись в воздухе особым способом, который яопишу позже. И я впервые в жизни стал свидетелем одной из наиболееочаровательных игр, какие только бывают в мире животных. Контрастформ и движений толстого, глянцево-черного мускулистого тела собакии гибкой серой кошачьей фигуры, полосками и стремительностью точноподобной тигру, создавал изумительное зрелище. Такие игры кошек сживотными крупнее их для науки интересны тем, что эта системадвижений пускается в ход для умерщвления добычи и никогда - вдраках. Мне приходилось видеть и притворные, и настоящие кошачьидраки, и, насколько я могу судить, дерущаяся кошка таких движений неделает. Добыча, в шею которой нападающий вонзает когти, стараясьперегрызть ей горло снизу, должна быть крупнее хищника, но ни нашадомашняя кошка, ни ее дикий предок за подобной добычей не охотились.Следовательно, этот очень интересный и, безусловно, вовсе не редкийфеномен, вероятно, объясняется тем, что система движений, возникшаяв незапамятные времена и широко распространенная у родственных группживотных, для данной группы утратила свою первоначальную функциюподдержания жизни вида. Однако она сохранила наследственныйхарактер, хотя используется теперь только в игре.

После смерти Томаса I прошло много лет, прежде чеммне вновь довелось увидеть, как играющая кошка проделывает движения"убийства буйвола". На этот раз "львом" был серебристый полосатыйкот, задушевный друг моей полуторагодовалой дочки Дагмары. Кот,вспыльчивый и менее всего добродушный, спускал девочке очень многоеи покорно ей подчинялся, когда она принималась таскать его покомнате, хотя он был одного с ней роста, и его прекрасный, всеребристо-черных кольцах хвост всегда волочился по полу, так чторано или поздно Дагмара на него наступала, спотыкалась и падала насвою кошку. Коту, несомненно, делает большую честь тот факт, чтодаже в этом положении он не кусался и не царапался. Однако онотыгрался, навязывая Дагмаре роль буйвола. Было на редкостьинтересно наблюдать, как он подстерегал девочку, а потом прыгал,крепко обхватывал ее лапами и впивался зубами в ту или иную часть еетела. Но: разумеется, не всерьез. Она принималась вопить, и тожебольше в шутку. Моя теория, что эти движения представляют собойреликт былых охотничьих привычек, подтверждается тем, что в игре импредшествует весьма реалистическое ожидание в засаде иподкрадывание.

Дружба между Булли и Томасов выходила далеко зарамки взаимной терпимости, которая повсеместно наблюдается у собак икошек, живущих в одном доме, и прочность их привязанностидоказывалась их встречами вне дома. В этих случаях они обменивалисьприветствиями - кот слегка урчал, а пес вилял хвостом. Это вовсе неозначает, что собаки, которые столь же терпимы с кошкамипо-дружески, обязательно будут столь же терпимы с ними и на улице. Уменя в кабинете наши нынешние собаки вполне мирятся с присутствиемнашей довольно ленивой кошкой, а Сюзи даже нередко играет с ней,причем кошка совсем не боится собак, крадет у них еду и ловиткончики их хвостов - она слишком апатична, чтобы играть в "льва ибуйвола". Однако в других комнатах кошка держится более настороженнои тщательно избегает собак, в лучшем случае дразня их из безопасногоместа под низким диваном или откуда-нибудь со шкафа. Провоцироватьже погоню за собой она всячески остерегается. Во дворе ее поведениеснова меняется - она проявляет явный страх перед собаками, причем унее есть для этого все основания, так как Волчик, несомненно,изнывает от желания затравить какую-нибудь кошку. Еще болеенатянутые отношения существовали между суровым серебристым приятелемДагмары и моей Стаси. В доме Стаси игнорировала кота, но на двореначинала охотиться за ним с таким упорством, что, признаюсь, когдаон однажды пропал, виновницей этого таинственного исчезновения ясчел Стаси.

Если под одной кровлей с собакой живут и другиечетвероногие или пернатые, то, насколько трудно или легко будет ейсправляться со своим охотничьим инстинктом, зависит от того, кто онитакие.